Джон Шепард - величайший герой в истории видеоигр: мои мысли после прохождения Mass Effect Legendary

Захотел в этом году перепройти великую трилогию космической оперы Mass Effect. Причём решил сделать это залпом — три части подряд. И хочется записать некоторые мысли, пока не перешёл к следующей игре и всё это не улетучилось.

Играя когда-то давно в эти игры по отдельности, я не получал такого цельного впечатления о Mass Effect как о едином произведении.

Первое впечатление, когда начинаешь игру, — это густая, гнетущая атмосфера апокалипсиса. Ощущение, что погибнуть может вообще всё живое во всём обитаемом космосе, добавляет хорошей остроты.

Второй сильный образ, производящий неизгладимое впечатление, — это Шепард. Как свежо и сильно он смотрится на фоне бесконечного конвейера космических историй про ничтожество, слабость и невежество человеческой расы! Этот собирательный образ человеческого величия до сих пор выделяется. Возможно, во времена античности, когда в художественных произведениях было принято восхвалять человека, Шепард и смотрелся бы банально и блёкло, но в современной культуре — это редкий монумент признания космической состоятельности homo sapiens.

Шепард — это буквально герой межгалактического масштаба, который спасает не отдельных людей, инопланетян или сообщества, а целые галактики. Ему приходится не только отводить их от неминуемой гибели, но и уничтожать (во имя всего обитаемого космоса, разумеется).

Образ Шепарда мог бы выглядеть простым и даже топорным, будь Mass Effect обычным боевиком, где хороший парень справляется с плохими парнями. Но в атмосфере тотального ужаса и перспективы исчезновения органической жизни как таковой Шепард становится настоящим Спасителем с большой буквы.

В отличие от большинства известных героев видеоигр, таких как Геральт из Ривии или Адам Дженсен, Шепард не только силён и опасен сам по себе. Это прирождённый лидер, который ведёт за собой живых существ, независимо от их происхождения, расы и вероисповедания. Сила и дипломатия для него — одинаково эффективные инструменты.

Как часто мы встречаем в произведениях крутых героев, которые чаще всего презирают болтовню и ценят крепкий удар в челюсть! В контексте произведения это смотрится брутально и круто. Шепард умудряется быть брутальным и крутым, несмотря на то что дипломатия и уговоры для него не менее часто используемый инструмент, чем бластер.

Шепард — это оплот веры в себя и во всё человечество. Он не останавливается и ничего не боится. В течение всей трилогии авторы грамотно выстраивают наш страх по отношению к Жнецам — неуничтожимым гигантским машинам. Но к финалу трилогии мы понимаем, что неуничтожимая (духовно) гигантская машина — это Шепард.

Он никогда не рассматривает себя на роль Давида, независимо от того, с каким Голиафом ему предстоит столкнуться. Шепард буквально равен любому сопернику в игре, будь то Призрак, Предвестник или Жнец.

Самой показательной в этом смысле сценой, а также способом авторов продемонстрировать, что Шепард — их реверанс в сторону героизма человеческой расы, можно назвать битву со Жнецом на планете Тессия в Mass Effect 3.

В этом бою Шепард буквально выходит один на один со Жнецом. Но чтобы это не переходило в абсурдный гротеск, как один Рэмбо против тысячи солдат, авторы логично обосновывают такую возможность. Ведь Шепард не буквально сам поражает Жнеца, а лишь наводит синхронизированный прицел боевых кораблей Кварианского флота, зависшего в этот момент на орбите главной планеты азари.

Но эта сцена выражает суть происходящего во всей игре: Шепард один на один со Жнецом, и в этом решении нет и капли отчаяния или глупости, а лишь непоколебимая уверенность в победе. Единственная причина, по которой Жнецы не боятся Шепарда, — это их неспособность к каким-либо чувствам.

Такой гимн Шепарду мне захотелось пропеть после прохождения всех трёх игр подряд, когда есть возможность проследить все события трилогии как одно произведение.

А вы что думаете?