Обзор Beast of Reincarnation: что получилось, когда создатели Pokémon берутся за что-то совсем другое

Первое, что я сделал, когда запустил Beast of Reincarnation, перепроверил титры, не почудилось ли мне. Нет, не почудилось, разработчик действительно Game Freak, та самая студия, которая уже больше тридцати лет живет покемонами. Вот эти же люди сделали мрачную ролевую игру про умирающую Японию далекого будущего, с парированием в духе Sekiro и героиней, у которой вместо привычной анимешной бодрости пустой взгляд и цветы, прорастающие сквозь волосы. Садился я за нее без особых ожиданий, чисто из любопытства, а спустя три десятка часов ловлю себя на том, что до сих пор про нее думаю. В общем, если еще начали играть, то самое время пополнить Стим и скачать игру.

Издает все это Fictions, вышла игра в начале месяца сразу на PS5, Xbox Series X|S и ПК. Действие происходит в 4026 году, и Япония здесь мало похожа на ту, что мы знаем. Мир сожрала Порча – что-то среднее между растительной заразой и проклятием, которое веками превращало животных, а заодно и людей, в изуродованных тварей. Человечество забилось в редкие поселения и потихоньку вымирает, а над всем этим висит легенда о Звере Перерождения, который возвращается раз в сто лет и каждый раз запускает новый круг разрушения.

Играешь ты за восемнадцатилетнюю Эмму. Она пьюрифайер – редкий человек, который сам заражен Порчей, но не сходит с ума, а умеет впитывать ее силу и обращать против тех же тварей. Из-за своего дара она изгой: люди ее боятся и гонят, хотя именно такие, как она, остаются единственной надеждой хоть что-то исправить. Эмма поначалу почти лишена эмоций, говорит скупо, смотрит будто сквозь собеседника, и это не небрежность сценаристов, а сознательный ход, к которому игра еще вернется. Рядом с ней Ку – крупный волкоподобный пес, тоже тронутый Порчей, которого Эмма выхаживает и который становится ей не столько питомцем, сколько напарником в самом прямом смысле. Game Freak сами описывают проект формулой «один человек, один пес», и связка этих двоих то, на чем держится вообще все.

Боевка стала главной причиной, по которой я не мог оторваться. Формально это экшен в реальном времени: Эмма машет мечом, отстреливается из лука и арбалета, скачет по полю боя, цепляясь корнями-волосами за выступы и подбрасывая себя в воздух для удара сверху, но сердце всей системы это парирование. Игра быстро и настойчиво дает понять, что блокировать и уворачиваться мало, а вот вовремя отбить удар это и защита, и способ проломить противнику стойку, и топливо для всего остального. Каждый чистый парри отзывается таким сочным звоном клинка, что хочется ловить их снова и снова.

И вот тут появляется вторая половина боя, ради которой я и называю систему необычной. У Ку есть собственные приемы, Bloom Arts, и работают они совсем иначе. Активируешь такой, и время почти замирает, ты спокойно выбираешь из меню, чем именно пес сейчас ударит: наложить статусный эффект, подтянуть врагов ближе друг к другу, подбросить их в воздух, подлечить Эмму. Ощущается это почти как боевая пауза из старых JRPG, вклеенная прямо в разгар быстрой драки, и поначалу переключение между лихорадочным экшеном и этим неторопливым выбором сбивает с толку, а потом превращается в отдельное удовольствие. Копишь ресурс парированиями, тратишь его на Ку, и хорошая схватка складывается в ритм, где чередуются отбитые удары, способности Эммы и команды псу.

Не буду делать вид, что у этой системы нет слабого места, я его отчетливо почувствовал ближе к концу. Окно парирования довольно щедрое, промахнуться сложно, и как только рука привыкает, многие схватки перестают держать в напряжении. То, что первые часов десять ощущалось как выверенный поединок, к финалу иногда скатывается в почти механическое отбивание. Азарт до конца никуда не девается, но острота притупляется, и это заметно.

С исследованием у игры отношения куда более ровные. Мир поделен на довольно крупные открытые зоны, по каждой из которых бегаешь свободно, и Game Freak умеет вознаграждать любопытство: свернул не туда и наткнулся на припрятанный предмет, полез вверх по вертикали и открыл проход, о котором игра тебе даже не намекала. Способности Эммы завязаны не только на драку, но и на перемещение, так что лазать по этим руинам, оплетенным растительностью, банально приятно само по себе. Прокачка у Эммы и Ку раздельная, но очки навыков общие, поэтому постоянно приходится решать, кому сейчас нужнее новая ветка, и этот выбор держит в тонусе сильнее, чем можно ожидать от обычного дерева умений.

За что игру хочется обнять по-настоящему, так это за атмосферу. Визуально она живет где-то между «Принцессой Мононоке» и NieR: природа, отвоевавшая у цивилизации все, до чего дотянулась, ржавые механизмы под слоем мха, гигантские Нуси – боссы каждой зоны, чьи силуэты и дизайны придуманы с редкой фантазией. Свет, туман, разросшиеся от Порчи леса складываются в картинку, у которой есть собственный характер, а не просто ярлык «красиво и дорого». Саундтрек ей под стать: приглушенный, меланхоличный, он не лезет вперед, но именно он держит то самое настроение тихой, обреченной красоты, ради которого в такие игры и приходишь.

И тут же приходится сказать то, что это впечатление смазывает. Технически игра шероховата, и порой сильно. Кое-где текстуры и модели выглядят так, будто заглянули из прошлого поколения консолей, кадровая частота проседает в самый неподходящий момент, а камера в тесных или многолюдных стычках может внезапно подставить, спрятав врага за стеной или за спиной Эммы. По отдельности все это мелочи, но в напряженные секунды они бьют по ощущениям сильнее, чем хотелось бы, и я совершенно не удивлен, что для части игроков именно техническое состояние стало главным разочарованием.

Сюжет – место, где Beast of Reincarnation одновременно трогает и не дотягивает. Все, что касается Эммы и Ку, работает безотказно: их постепенное сближение, немой язык доверия между девушкой без эмоций и зверем, которого она вытащила с того света, наблюдать хочется по-настоящему. А вот мир вокруг этой пары прописан неровно. Второстепенные герои, которых встречаешь по дороге, нередко интереснее задуманы, чем раскрыты, и к финалу кому-то из них откровенно не хватает нормального завершения. Игра играет с темами души, памяти и того, что вообще делает человека человеком, но ответы, к которым она подводит, оставляют больше тумана, чем ясности. Спойлерить не стану, скажу осторожно: развязка не провальная, однако если ждешь, что все узлы разрубят четко и до конца, готовься к легкому послевкусию недосказанности.

Есть еще одна вещь, о которой честнее предупредить сразу, и это повторяемость. Нуси эффектны, пока видишь их впервые, но игра любит возвращать те же типы боссов позже, с теми же повадками и паттернами, и второй заход против уже знакомого гиганта не вызывает прежнего трепета. С рядовыми врагами похожая история: их разнообразие заканчивается ощутимо раньше, чем сама игра.

Показательно, кстати, как сильно разошлись оценки у критиков. Одни рецензенты чуть ли не носят игру на руках, ставят ей высшие баллы и не стесняются сравнений с большими именами. Другие выдают твердую середину и упрекают ровно в том, о чем я написал выше, в повторяемости и технических огрехах. Обе позиции по-своему справедливы, и это, пожалуй, самый точный способ описать Beast of Reincarnation: перед нами не единодушный шедевр и не проходняк, а амбициозная, местами сырая вещь, которая одним попадет точно в сердце, а у других вызовет лишь пожатие плечами.

Кому браться однозначно стоит? Если тебе ближе игры, где важнее атмосфера, связь между героями и удовольствие от самого процесса боя, а не идеальная полировка; если ты готов простить просадки ради красивого умирающего мира и не гонишься за безупречно выстроенным сюжетом, ты, скорее всего, залипнешь ровно так же, как залип я. А вот если тебя выводят из себя технические косяки, если от souls-подобной боевики ты ждешь постоянного вызова до самых титров или хочешь историю, которая аккуратно разложит все по полкам, возможно, разумнее дождаться патчей и скидки или спокойно пройти мимо. Меня же эти тридцать часов не отпускают до сих пор, и уже за одно то, что студия покемонов замахнулась на такое и во многом попала, я готов простить ей немало.