Олегу Басилашвили — 92: история актера БДТ и звезды советского кино

Московское детство и грузинские корни

Петербургский интеллигент с грузинской фамилией на самом деле родился и вырос в Москве в семье директора Московского политехникума связи Валериана Ношревановича Басилашвили и доктора филологических наук Ирины Сергеевны Ильинской. Предки по отцовской линии перебрались в Грузию из Басиани (сейчас территория Турции), а вместе с местом проживания менялась и фамилия: прежде чем отец будущего актера вернул грузинскую фамилию Басилашвили, члены семьи были то Бачило на турецкий лад, то Басиловыми — на русский. Помимо родителей важную роль в воспитании мальчика играли бабушка и дедушка по материнской линии, Ольга и Сергей Ильинские, прививавшие ребенку любовь к книгам.

Войну семилетний Олег встретил в Москве. Отец и старший сводный брат отправились на фронт, остальную семью эвакуировали в Тбилиси. Тогда он впервые соприкоснулся со своими грузинскими корнями, но этот опыт был омрачен голодом и болезнями. В Москву семья вернулась в 1943 году, сразу после демобилизации отца.

В школе Олег не отличался успеваемостью, если не сказать, что учился совсем плохо. Зато уже тогда увлекся театром, занимался в художественной самодеятельности и грезил о работе на сцене. Театр очаровал его после того, как мама впервые отвела его на «Синюю птицу» во МХАТ зимой 1941 года.

Путь на сцену

В 1952 году Басилашвили поступил в Школу-студию МХАТ на курс Павла Массальского. Это был легендарный набор, из которого вышла целая плеяда звезд советского экрана и сцены. На одном курсе с ним учились Евгений Евстигнеев, Михаил Козаков, Виктор Сергачев, а также Татьяна Доронина. Массальский прививал ученикам мхатовскую этику — внимание к деталям, психологизм и, прежде всего, культуру поведения на сцене и в жизни. Помимо ценного актерского опыта и мастерства Школа-студия подарила Олегу Валериановичу роман с главной красавицей курса — Татьяной Дорониной, с которой они сыграли свадьбу еще третьекурсниками.

После выпуска супруги по распределению попали в Сталинград, где должны были отработать три года в драмтеатре. Несмотря на одаренность артистов, им не удалось получить зрительского внимания. «Оказалось, что в Сталинграде мы никому не были нужны. Три месяца походили по сцене перед пустым зрительным залом и попросили, чтобы нас отпустили», — вспоминал Басилашвили.

После они перебрались в Ленинград, где их принял Театр имени Ленинского комсомола (ныне — «Балтийский дом»). Именно там их заметил Георгий Товстоногов, который тогда твердой рукой выводил Большой драматический театр из многолетнего кризиса. С 1959 года актеры стали вошли в труппу БДТ. Несколько лет спустя их распался, а Доронина переехала в Москву и стала работать в столичных театрах. Для Басилашвили же служба в БДТ оказалась самой длинной жизненной вехой, он выходил на сцену петербургского театра больше полувека.

Развод с Дорониной ознаменовал конец одной главы, но вскоре началась другая — главная. В коридорах ленинградского телевидения Олег Валерианович встретил журналистку Галину Мшанскую. Этот союз стал для актера тем самым надежным тылом, позволил ему пережить годы творческого застоя в театре и дождаться своих звездных ролей. В этом браке родились две дочери — Ольга и Ксения, а Галина Евгеньевна стала для него главным советчиком и самым строгим критиком.

Терпеливое ожидание триумфа на сцене

За 67 лет на сцене БДТ Басилашвили переживал взлеты и падения. И начало работы под руководством Георгия Товстоногова оказалось чуть ли не самым сложным испытанием на профессиональном пути. И если Доронина сразу стала получать главные роли, Басилашвили долгое время играл лишь в эпизодах. Георгий Товстоногов, обладавший рентгеновским зрением на таланты, долго «мариновал» Басилашвили на вторых ролях. Режиссер понимал, что в этом актере есть опасная мягкость, которую нужно превратить в стержень. Десять лет в массовке и эпизодах могли сломать кого угодно, но Басилашвили использовал это время, чтобы наблюдать за титанами БДТ — Луспекаевым, Стржельчиком, Копеляном.

Отсутствие больших ролей и невозможность по-настоящему проявить свой талант давили на молодого актера. В какой-то момент он даже думал покинуть труппу. Все изменила одна небольшая роль. После того как Басилашвили сыграл Феликса в постановке «Еще раз про любовь» по пьесе Радзинского, Товстоногов будто заново открыл его для себя и начал давать много разноплановых ролей. Настоящее рождение театральной звезды произошло в 1972 году, когда Товстоногов доверил ему роль Хлестакова в «Ревизоре». После этого большие роли посыпались одна за другой.

Басилашвили играл Людовика Великого в «Мольере» по Булгакову (1973), Басова в «Дачниках» по Горькому (1976), Ивана Петровича Войницкого в «Дяде Ване» по Чехову (1982), Гаева в «Вишневом саде» (1993) — всего актер исполнил больше 50 ролей на театральной сцене.

С середины семидесятых он стал «лицом» товстоноговского БДТ — актером, который мог сыграть все: от подлеца до святого, сохраняя при этом ту особую дистанцию и аристократизм, которые вскоре сделали его еще и королем советского кинематографа.

Киногерой эпохи

Впервые в кино в небольших эпизодах актер снимался еще мальчишкой. Полноценный дебют состоялся в 1956 году в фильме «Невеста». Затем были эпизоды и роли второго плана в картинах «Поднятая целина» (1959), «Гранатовый браслет» (1964), «Живой труп» (1968). Долгое время кино оставалось для него лишь дополнением к театру. Режиссеры видели в нем статного красавца, способного носить фрак, но не решались доверить ему нерв и сердце кинофильмов.
Все изменил случай и прозорливость Эльдара Рязанова. Мало кто знает, что Басилашвили должен был воплотить на экране Ипполита в «Иронии судьбы» (1975). Он был утвержден, прошли репетиции, были сшиты костюмы, но в жизнь вмешалась трагедия — у Олега Валериановича умер отец, и он не смог поехать на съемки. Роль ушла Юрию Яковлеву. Внимательный зритель до сих пор может заметить «присутствие» Олега Валериановича в картине: когда Надя поднимает из снега выброшенную в окно фотографию Ипполита, на ней запечатлен именно Басилашвили, а не Яковлев. Несмотря на обстоятельства, Рязанов пообещал все равно однажды снять Басилашвили в своем кино.

Обещание вылилось в роль Юрия Самохвалова в «Служебном романе» (1977). Басилашвили сыграл отрицательного персонажа так, что зритель не мог им не восхищаться. Его Самохвалов — это не плоский карьерист, а блестящий, вальяжный, пахнущий заграничным парфюмом «хозяин жизни», чья низость проявляется лишь в финале. Интересно, что сам актер поначалу видел себя в роли мягкого Новосельцева и даже просил Рязанова об этом, но режиссер был непреклонен. Рязанов видел в Басилашвили ту самую «отрицательную харизму», которая была необходима.

В 1979 году вышел шедевр Георгия Данелии «Осенний марафон». В образе переводчика Андрея Бузыкина актер мастерски передал трагедию мягкотелости. Его бег по улицам Ленинграда под грустную музыку Андрея Петрова стал метафорой целого поколения интеллигенции, запутавшейся в собственных чувствах, долгах и обязательствах. Данелия долго сомневался в кандидатуре Басилашвили, считая его слишком волевым и статным для размазни Бузыкина. Все решил случай: режиссер увидел, как Олег Валерианович нерешительно замер на тротуаре, пытаясь перейти улицу, и в этом робком движении мгновенно узнал своего героя. Этот случай, правда, был подстроен ассистенткой режиссера, но все сложилось к лучшему.

«Вокзал для двоих» (1982) подарил зрителям один из лучших актерских дуэтов. Вместе с Людмилой Гурченко они сыграли весь диапазон эмоций в трагикомедии о превратностях судьбы. В конце 80-х и 90-е годы актер органично перешел в статус «старшего поколения», играя героев, олицетворяющих уходящую эпоху. Особенно показательной в этом смысле стала его роль отца Кати в «Курьере» (1986) Карена Шахназарова.

Знаковой работой стала также роль Воланда в многосерийной экранизации «Мастера и Маргариты» режиссера Владимира Бортко. Его Воланд запомнился практически эталоном — усталый, бесконечно мудрый и разочарованный в человечестве наблюдатель.

Творческий багаж Басилашвили насчитывает более восьмидесяти экранных работ, и в каждой из них чувствуется почерк большого мастера. Его актерская работа — это хирургически точное исследование человеческой души, проведенное с аристократическим спокойствием. Он научил своего зрителя сочувствовать даже тем, кто совершает ошибки, если в основе этих ошибок лежит не подлость, а сложность человеческой природы.

---

Одним из самых долгоживущих поздних спектаклей Басилашвили стало «Лето одного года» по пьесе Эрнеста Томпсона «На Золотом озере». Премьера состоялась в БДТ в декабре 2010 года. Басилашвили и Алиса Фрейндлих играли пожилых супругов Нормана и Этель Тэйер; за следующие полтора десятилетия спектакль повторяли более 200 раз. Еще осенью 2024 года, спустя несколько дней после своего 90-летия, актер выходил в нем на сцену.

Однако на «Лете одного года» его сотрудничество с БДТ не закончилось: в 2019 году Басилашвили сыграл Гарри Уэйда в «Палачах» Мартина Макдонаха, так что в 2024-м в его репертуаре оставались три спектакля — «Дядюшкин сон», «Лето одного года» и «Палачи». В сентябре 2025 года «Лето одного года» сняли с репертуара, а Басилашвили сообщил, что больше играть в спектаклях не будет. Но уже в декабре снова встретился со зрителями БДТ — на творческом вечере. 5 февраля 2026 года на Второй сцене театра состоялась еще одна встреча «Если бы знать… Разговор с Олегом Басилашвили». Он читал Пушкина, Есенина, Маяковского, Евтушенко, Бродского и перемежал стихи рассказами о собственной жизни.

Так что к своему 92-летию Басилашвили театр не оставил, но формат своего присутствия на сцене изменил, сохранил собственный голос, читающий поэзию и погружающий поклонников в воспоминания, и обратился к прямому диалогу со зрителем.