Сезон «хоа-хоа-хоа»: кому в 2020-х годах понадобились «Сумерки»

Шок для Голливуда

Выход «Сумерек» в американский прокат сопровождался фанатской лихорадкой — фильм прибыл к аудитории на рельсах огромного сообщества фанатов книги Стефани Майер и превратился в массовое поп-культурное событие.

Как раз летом 2008-го вышла четвертая книга, «Рассвет»: только за первые сутки в США продали 1,3 млн экземпляров. К моменту премьеры в ноябре вокруг вампирской саги существовали сотни фан-сайтов (газета Los Angeles Times насчитала более 350). За четыре месяца до премьеры, на Comic-Con 2008, поклонницы ночевали в очередях ради панели «Сумерек», а появление Роберта Паттинсона и Кристен Стюарт перед толпой в примерно 7 тыс. человек сопровождалось таким криком, что репортеры сравнивали происходящее с концертом поп-звезды. Так что в ноябре в кино пришла перегретая публика, эмоционально вложившаяся в книжных героев и готовая осуществить свою мечту — увидеть их воплощения на экране.

Фильмы скорее унаследовали феномен книг, и на это было несколько причин. В первую очередь, Белла — внешне неловкая и неуверенная в себе героиня, которая привлекает внимание во всех отношениях идеального мужчины, стала для своих читательниц проводником в волшебный мир «Сумерек». Актриса Кристен Стюарт с ее «ломаной грацией» идеально влилась в персонажа. Второй важной причиной стал образ вампира Эдварда, выписанный Майер с придыханием и так глубоко пропитавший сознание фанаток, что его телесное воплощение оказалось триумфальным. Внешность прирожденной звезды, Роберта Паттинсона, сработала грандиозно.

Кинокритики тогда разделились на хейтеров и ценителей. У фильма до сих пор сохраняется средний рейтинг по сумме обзоров — 56. Заглянув в них, можно повстречать опасения за будущее Голливуда: по мнению части обзорщиков, «Сумерки» были маркером деградации индустрии.

Критика критикой, но первый же уикенд показал, что Голливуд сильно недооценил аудиторию «Сумерек». Сборы фильму принесли зрительницы — их доля составила примерно 75%. За первые выходные домашнего проката «Сумерки» заработали $70,6 млн (при скромном бюджете в $35 млн). И это без больших звезд в кадре, без блокбастерного бюджета, без грандиозных спецэффектов. Фильм стал событием благодаря аудитории, которую индустрия привыкла считать нишевой: фанатки вампирской мелодрамы, прозванные «твай-хардами» (Twi-hards), убедили Голливуд, что с ними придется считаться.

«Голливуд был шокирован тем, что ошеломляющий успех фильма подпитывался «женской силой», — объясняла позднее Мелисса Сильверстайн из организации «Женщины и Голливуд» (Women and Hollywood). — В Голливуде существует общее мнение, что фильмы и книги, созданные для мужчин и мальчиков, считаются «универсальными», а то, что создано для женщин и девочек, почему-то считается «другим»...»

Годами фантастические франшизы обслуживали мужскую аудиторию в возрасте от 12 до 25 лет, игнорируя женские пристрастия. Как раз «Сумерки» заставили кинопродюсеров обратить внимание на девочек-подростков — целевую аудиторию, которую раньше всерьез не воспринимали, — и разглядеть в них потенциал. Тинейджерки присвоили себе вампирскую романтику и спровоцировали волну фантастических фильмов, ориентированных на них. В 2012 году вышли первые «Голодные игры», в 2013-м — «Гостья» по книге Стефани Майер, а в 2014-м — «Дивергент».

Женский взгляд

Упомянутые «потомки» были срежиссированы мужчинами, но первые «Сумерки» (2008) экранизировала женщина — Кэтрин Хардвик. По сценарию женщины — Мелиссы Розенберг. Их взгляд на роман Стефани Майер зачаровал фанаток книг. Хардвик описывала свое понимание истории Беллы и Эдварда прежде всего как рассказ об опасностях первой любви и подростковых эмоциях, увиденных глазами главной героини.

Режиссер обустроила совершенно особенный мир — мистический, наполненный легендами индейцев-квилетов, отстраненный от бурной и громкой цивилизации. Городок Форкс с его густыми лесами, туманами и меланхоличной атмосферой стал идеальным пристанищем для романтичных девиц на древних пикапах с облупившейся краской.

Интересно, что Майер выбрала эту локацию для клана Калленов, практически загуглив «город в США с наибольшим количеством осадков в году». Форкс впоследствии нарастил такую притягательную ауру, что превратился в достопримечательность штата Вашингтон. Если в 2005 году местный туристический центр посетили около 6 тыс. человек, то в 2010-м — уже 73 тыс. Сегодня здесь хранят костюмы и реквизит из фильмов, устраивают ежегодный фестиваль и показывают туристам пикап Беллы — хотя сами «Сумерки» почти не снимали в Форксе.

Историю любви столетнего вампира и 17-летней девчонки Хардвик подана в связке с ощущениями героини: ее неопытность, тревожность и рассеянность заложена в каждом кадре. Рассказ Беллы о первом большом чувстве, которое обернулось опасным приключением, впечатлял своей беззаветной искренностью: ведь и Форкс, и одноклассников, и молодых волков из резервации, и самих вампиров — в первую очередь Эдварда — зрительницы впервые увидели глазами Беллы Свон.

А еще в 2020-х «Сумерки» олицетворяют времена давно ушедшие. Предметно (тогда еще не существовало никаких смартфонов и тиктоков, а школьники читали книги и разбирались в митозе и мейозе) и атмосферно (мечты о романе с Эдвардом пробивались даже сквозь толщу крайне неловких реплик и сцен).

Экранная пара 2010-х

На съемках первых «Сумерек» Стюарт, которой тогда было восемнадцать, ощущала себя «претенциозной маленькой неудачницей, пытающейся выжать из всего этого максимум». Неуверенность актрисы передалась Белле, что только подчеркнуло ее скромный характер. Роберт Паттинсон прекрасно передал несуразную старомодность Эдварда Каллена, но в «Сумерках» он снялся скорее вынужденно. Актер потратил весь гонорар за роль Седрика Диггори в «Гарри Поттер и Кубок огня» на попытки построить музыкальную карьеру и остро нуждался в заработке. Фильм Хардвик превзошел его ожидания.

После финала вампирской саги Паттинсон и Стюарт годы потратили на то, чтобы освободиться от намертво прилипших амплуа. К тому же химия между актерами пересекла границы экрана, приковав к ним внимание: школьница и ее бойфренд-вампир сами по себе стали поп-культурным феноменом. А позже Стюарт рассказала, что на протяжении съемок была действительно влюблена в Паттинсона, и это, конечно же, отразилось на Белле и Эдварде.

Сомнительная романтика

В наше время отношения Беллы и Эдварда периодически подвергаются феминистской переоценке. Писательница Стефани Майер — мормонка, и романтическую связь своих персонажей она создала, исходя из своих представлений о любви и своего личного опыта. И, что парадоксально, превратила самоограничение в главный эротический механизм. Причем конструкция отношений Беллы и Эдварда не стандартная для такой парадигмы: героиня не пассивная участница, прибитая целомудрием и пуританством — именно она активно приближает их интимные отношения с вампиром. Который, в свою очередь, охраняет и свои, и ее границы.

Феминистский же конфликт возник тогда, когда в самоконтроле и гиперзаботе Эдварда о Белле прочитали патернализм, напоминающий временами сталкинг.

Мелисса Сильверстайн подметила: «Женщин возмущала чрезмерная опека Эдварда и покорность Беллы. Где та независимая черта характера, которую она так горячо демонстрирует отцу и друзьям? Не будем забывать и о том, что Эдвард наблюдает за Беллой, спящей в своей постели». Исследовательница подростковой литературы, профессор коммуникаций Кристин Зайферт писала: «Сумерки» на самом деле убеждают нас в том, что воздержание — это сексуально. Реакция фанатов говорит о том, что вначале целомудренные, но сексуально заряженные отношения Эдварда и Беллы были страстными именно потому, что они не были консумированы».

В общем, вампир терпел и нам велел.

---

К 2020-м «Сумерки» перестали быть guilty pleasure, избавились от ореола обвинений в дурновкусии и посредственности. Теперь пересматривать его можно в обширном кругу единомышленников, открыто, с чувством собственного достоинства.

Прокатчики продают фильм как сезон «хоа-хоа-хоа» (по песне Blue Foundation «Eyes On Fire»): именно такую маркетинговую стратегию использовала компания Lionsgate, снова отправляя «Сумерки» в кинотеатры осенью 2025 года по случаю 20-летия с выхода оригинального романа.

«Феномен «Сумерек» давно вышел за рамки подростковой франшизы, трансформировавшись в чистую ностальгию и символ эпохи. На фоне тренда на молодежные сериалы мы хотели дать зрителям возможность увидеть фильм именно так, как его задумывал режиссер — на большом экране. Повторный прокат — это не просто просмотр, а совершенно другой эмоциональный опыт, масштаб и праздник единения. Это шанс собраться с единомышленниками и заново прожить эмоции, которые объединяют целое поколение», — считает команда «Кино.Арт.Про», которая организовала осенний прокат фильмов в России в 2026 году.

Если хотите, можно назвать «Сумерки» источником предхэллоуиновской эстетики, которая призвана украсить меланхоличные осенние дни. И в нем особенно важен коллективный ритуал: сидя в одном зале кинотеатра, бок о бок, люди погружаются в сумеречную зону, в которой ориентируются даже с закрытыми глазами, чтобы вместе посмеяться, пропеть песни из саундтрека, повторить за героями их реплики с той же интонацией, снова пережить сцену с громовым бейсболом.

На такую же логику — коллективного ритуала — опираются периодические возвращения в прокат культовых фильмов «Назад в будущее» или «Властелин колец», но у «Сумерек» есть экстра-бонус в виде сезонности. К прежним, уже повзрослевшим поклонницам, прибавилась новая аудитория, которая обнаружила сагу в стримингах, мемах и коротких видео. Для одних возвращение в Форкс — это путешествие в юность, для других — в экзотические нулевые. Ирония этому не мешает: можно и смеяться над «Сумерками», и нежно их любить.